Страшные истории

Заголовок меню

Кукил

Лет десять назад довелось путешествовать на поезде в интересной компании. Вернее, интересным рассказчиком там был один дедушка. Уже не помню, как его звали точно, кажется, Василий Фёдорович. Остальные – благодарными слушателями. Разговорился дедок после получасовой стоянки на вокзале Кирова. Там всегда к поезду местные спекулянты приносят продукцию кировской игрушечной фабрики. Видимо, насмотревшись на разнообразных плюшевых мишек и лупоглазых кукол, старичок и вспомнил этот случай…

Он оказался моим земляком. Из Новосибирска. Но в отличие от меня прожил там всю свою жизнь. События, о которых поведал Василий Фёдорович, начались в конце 60-х годов прошлого века.
К тому времени у него с родным братом Иваном уже были собственные семьи. У обоих сыновья подрастали. Вроде, живи да радуйся. Но, к сожалению, в семье брата обстановка оставляла желать лучшего. Разногласия с женой, порой перераставшие в скандалы, начались спустя всего год после свадьбы. А когда их совместному ребёнку исполнилось три годика, неверная супруга и вовсе умотала с очередным любовником в неизвестном направлении. Оставив сынишку Валерика на попечение отцу и его матери-бабушке.
Жили они всё это время в двухкомнатной родительской квартире, в старом трёхэтажном доме. Может, оттого что свекровь всё время находилась рядом, и не пожилось молодой мамаше на чужих квадратных метрах. А собственной жилплощадью Иван с женой за три с половиной года совместной жизни так и не успели обзавестись.

Маленькому Валерику не рассказывали правды о поступке его мамаши-вертихвостки. Объясняли, что, мол, мама уехала далеко по делам и вернётся нескоро. Он, кстати, и не особенно переживал. Любимая бабушка-то всегда рядом. А маманю и раньше не часто приходилось видеть — постоянно задерживалась дамочка по вечерам, и на выходные всё норовила из дома улизнуть. В общем, когда мальчугану пошёл седьмой годок, он уже почти не вспоминал о мамке. Днём в садике, вечером и в выходные с папкой и любимой бабулей.

Той осенью Валерик должен был пойти в первый класс. Дети Василия Фёдоровича на год-два помладше, потому только с трепетом наблюдали, как их старшего двоюродного братишку собирают к школе. Ещё с весны начали покупать учебники, карандаши, ручки, круглый деревянный пенал, разрисованный лаковой росписью и, конечно, главный школьный атрибут – ранец. Такой красивый, почти, как взрослый. Чёрный, с блестящим замком-защёлкой. Настоящее сокровище!
Хозяйственная бабушка и форму школьную загодя приготовила. На пару размеров больше, на вырост. Маленькие дети растут же прямо на глазах, как огурцы. На внука Валерика нарадоваться не могла – совсем большой мальчик становится…

Беда пришла, как всегда, — откуда не ждали. В июне Валерик съездил на три недели со своей подготовительной детсадовской группой «на дачу» (подобие пионерского лагеря для дошкольников в советское время). Вернулся же, в отличие от остальных загоревших и окрепших детей, похудевшим и пожелтевшим. Был слаб, ничего почти не ел.
Взволнованные бабушка с отцом на следующий же день повели мальчишку в поликлинику. Врач, осмотрев больного, сразу направил Валерика в стационар. Пока ждали карету скорой помощи, до смерти перепуганная бабушка вся в слезах причитала над внуком. А мальчик, как взрослый утешал её: «Бабушка, не плачь. Я быстро выздоровлю. Скоро же в школу…»

Но за полтора месяца бесконечных капельниц, глотания «кишок» и прочих больничных мучений, Валерику стало только хуже. В середине августа его забрали из больницы домой, в надежде, что дома и стены лечат.

Как раз в это время друг Ивана привёз из ГДР-овской командировки замечательную резиновую куклу. У неё были гнущиеся, как настоящие, резиновые пальчики на ручках и ножках. Даже с ноготками. Хлопающие длинными ресницами зелёные глаза, казались живыми. Над круглой мордашкой с ямочками на щёчках красовалась шикарная кучерявая шевелюра. Кукла была девочка и предназначалась совсем не Валерику. Но измученный недугом мальчик отчего-то сразу проникся к игрушке всей душой. Поэтому забирать её у больного ребёнка не стали. Днём, полулёжа читая букварь или решая задачки по математике, всегда держал, полуобняв, эту куклу. И ночью с ней не расставался, словно плюшевого мишку, кладя с собой под одеяло. Бабушке, пытавшейся иногда отложить куклу в сторонку, заявлял, что она тёплая и его согревает.

Однажды бабуля, вернувшись с продуктами из магазина, обнаружила в мусорном ведре многочисленные пучки волос. Странно… Кошки у них не было, а Валерик уже с неделю, как был побрит наголо – у него началось активное выпадение волос после тяжёлого лечения. Пройдя в комнату, только всплеснула руками. Мальчик сидел на кровати и, орудуя ножницами, заканчивал «стрижку» куклы. От кудряшек немецкого карапуза не осталось и следа.

— Валерик, ты что наделал с куклой?!..

— Бабушка, это не кукла! Это мальчик. Его зовут Кукил. И он больше не будет носить платье. Сшей ему, пожалуйста, штаны и рубашку, как у меня.

Старая женщина не стала спорить. Она понимала, что больному ребёнку трудно оставаться в здравом рассудке. Наверное, сильные лекарства сделали своё дело. И побочный эффект от них — не только выпадение волос…

Подыгрывая внуку, села за швейную машинку и вскоре нашила из тканевых обрезков для резинового Кукила целый гардероб. Лишь бы несчастный любимый Валерик был рад.
И откуда он имя такое чудное выдумал – Кукил?..

А в конце сентября Валерик умер. Так и не пойдя в долгожданную школу.
Мальчуган уже чувствовал, что ему не выкарабкаться. Дня за три до смерти, ухватив холодными пальчиками ладонь бабушки, а другой рукой прижимая к груди стриженную резиновую куклу, прошептал:

— Баба, когда я умру, скажи – пусть Кукила похоронят вместе со мной…

Убитая такими словами пожилая женщина замахала руками на внука и велела больше никогда не говорить такой ерунды. Но вечером, пришедшему с работы Ивану, плача, передала этот разговор. Мужик лишь ещё больше помрачнел и ничего не ответил. Каково отцу, одному, без жены, воспитывавшему сына, терять своего единственного ребёнка…

Беглая же супруга и мать Валерика даже на похоронах не появилась. Может, и не знала ничего о случившемся.

После похорон сына Иван отдал его новенькие учебники и школьные принадлежности племянникам – детям брата. А все игрушки собрал в одну большую коробку и вынес во двор. Местным ребятишкам на радость. Там были и машинки с танчиками, пистонные автоматы с пистолетами, солдатики пластмассовые и оловянные. Да много ещё чего интересного… Пусть забавляется детвора. Валерику всё это уже не нужно…
Не обнаружил мужчина только любимую игрушку сына – стриженную резиновую куклу. Куда она подевалась? Он тщательно осмотрел все углы в квартире, но так и не отыскал пропажу. Может, кто-нибудь из приходивших прощаться прихватил с собой невзначай?..

Конечно, в гроб к Валерику куклу не клали, несмотря на его просьбу. Это выглядело бы, наверняка странным для многих прощавшихся родственников, друзей семьи и знакомых. Да и места для куклы всё равно бы там не нашлось.
Ну, ладно. Не став забивать себе голову бесплодными раздумьями, мужчина прекратил поиски…

Но спустя какое-то время обратил внимание на несколько странное поведение своей матери. Она не рыдала днями и ночами по любимому внуку. Вела себя, как будто ничего особенного не случилось. Хотя на самого мужика то и дело накатывала такая печаль, что удержать слёзы становилось невозможно.
Да и ночами в комнате матери стали слышаться какие-то непонятные звуки, шорохи и бормотание. Проверять, что там посреди ночи происходит Иван не решался. Мало ли чем занимается страдающая бессонницей старая женщина. На его же расспросы утром только подтверждала догадку – не спалось, мол, вот и шаркала туда-сюда по комнате. Не обращай внимания на старуху…
Ещё одна странность, на которую поневоле обратил внимание Иван – то, что мать всего пару раз побывала на могилке у внука. На девять и сорок дней. После Иван ходил всегда без неё. То она недомогала сильно, то находила ещё какую-нибудь причину, чтобы не пойти.

***
Прошло года полтора. Оставшийся одиноким мужик познакомился с хорошей женщиной, у которой уже был сынишка от первого неудачного брака. Привёл в родительскую квартиру, познакомил с мамой. На удивление, бабушка приняла новую подругу сына очень приветливо. Да и молодой женщине мать потенциального жениха пришлась по душе. Они как-то быстро нашли общий язык. И несмотря на то, что вскорости стали жить под одной крышей, деля одну кухню, никаких разногласий между женщинами не возникало. Хотя обе были те ещё хозяюшки и на кухне проводили много времени.
Шестилетнего сына молодой женщины бабушка тоже приняла, как родного. Да справедливости ради надо сказать, что мальчишка был хорошо воспитан, к пожилой женщине относился с большим уважением и во дворе не «фулюганил», не в пример другим пацанам. К тому же, по случайному совпадению, парнишку тоже звали Валерик. Вернее, так его всё пыталась называть бабушка. А мальчугану это не нравилось, всегда поправлял её: «Бабушка, я уже не маленький, зовите меня Валерка!»

Конечно, Ивана такое согласие между близкими людьми только радовало. Немного погодя, с полного одобрения мамы, брат Василия Фёдоровича сделал своей избраннице предложение. И они официально поженились. Новая законная супруга с сыном переехали к Ивану с бабушкой. Как говорится, в тесноте, да не в обиде. Нормально все умещались, и никто никому не мешал.

К сожалению, в дом пришла новая беда. На этот раз заболела бабушка. Приехавшая скорая вынесла вердикт – приступ аппендицита. И тут же пожилую женщину отправили на операционный стол. Но, как это иногда случается у медиков, диагноз был поставлен неверно.
Бабушку исполосовали зря. Добавив к не выявленной болезни кишечника новую проблему. Запущенную причину недомогания обнаружили только спустя месяц. Увы, лишь на вскрытии.

Бабушку похоронили. Освободившуюся комнату решили переоборудовать под спальню. Конечно, предварительно выждав сорок дней, как принято.
Когда стали убирать старую мебель, дошла очередь и до высокого бабушкиного платяного шкафа. Но возникла проблема – одна дверца громоздкого шкафа оказалась заперта на внутренний замочек. Ломать почти антикварный предмет не хотелось. И тут Иван вдруг вспомнил, что сам снимал с шеи матери-покойницы бронзовый ключик на верёвочке. Тогда он сунул его машинально в карман и позабыл сразу. Даже не удивился в тот момент – что за ключик такой и зачем. Не до того было. После, уже дома положил его к другим мелочам, в бабушкин комод.

Теперь достав из комода бронзовый ключик, вставил его в замочную скважину на запертой дверце шкафа. Ключ подошёл. Сделав два оборота, Иван отворил дверцу. То, что открылось его взору, заставило вздрогнуть.
В большом плательном отделении бабушкиного шкафа не было никакой одежды. Вместо неё внизу стояла небольшая кукольная кроватка. А на ней, словно маленький человечек, сидел коротко подстриженный резиновый карапуз и невозмутимо таращился блестящими зелёными глазами на застывшего от неожиданности мужика.

Так вот ты где прятался потеряшка!..
Ох, мама-мама… Видно, в память о любимом внуке, решила оставить себе его последнюю игрушку. И ничего ведь никому не говорила. Прятала ото всех. Наверное, даже игралась с этой куклой, как маленькая. Вон сколь одёжек ей нашила и аккуратными стопочками разложила около игрушечной кроватки! И посудка кукольная тут же стоит, тарелочки, ложечки-вилочки. И впрямь, старый хуже малого…

Пока Иван размышлял над мамиными причудами, к шкафу просунулся любопытный Валерка:

— Ого! Это кто?

— Старая игрушка одного мальчика. Ты его не знал. Но я как-нибудь тебе о нём расскажу.

— А можно мне её взять?

— Конечно, бери. И его одежду с посудой забирай. Теперь они твои.

Обрадованный Валерка сгрёб всё в охапку и потащил в другую комнату, осваивать игрушечные новинки.

С новым приобретением пацан не расставался целый день, даже во двор потащил, перед друзьями похвастаться. А вечером и вовсе Ивана огорошил, заявив перед сном отчиму с матерью:

— Я сегодня с Кукилом буду спать. Можно?

Иван не рассказывал супруге, и тем более маленькому Валерке, о любимой игрушке своего покойного сына. Как пацан догадался, что и его Валерик называл резинового карапуза Кукил? Откуда он вообще мог услышать такое странное слово?..

Мысли эти крутились у мужика в голове допоздна. Он долго не мог уснуть, думая о матери, о сыне Валерике и его странной игрушке — потерявшемся и вновь появившемся нежданно Кукиле. Проворочавшись с боку на бок до полуночи, Иван встал и пошёл на кухню выпить стакан воды. Проходя мимо кровати Валерки невольно притормозил, вглядываясь в спящего ребёнка. Мальчишка посапывал, неловко вывернув руку. Из-под его локтя торчала голова куклы. Тоже с закрытыми глазами. Иван присмотрелся и ему показалось, что волос на голове резинового карапуза явно прибавилось. Когда он видел его последний раз два года назад, тот был острижен почти «под ноль». А теперь волосёнки даже в кудряшки начинают завиваться. Или мне мерещится это в темноте?..

Иван протянул руку, чтобы потихоньку вытащить игрушку из-под неловко согнутой руки Валерки и тем облегчить ему сон. Но едва дотронулся до головы игрушечного карапуза, невольно замер. Резиновый лоб куклы был тёплый! Даже горячий! Что за наваждение?!..
Быстро придя в себя, мужик ухватился пальцами за короткую кукольную чёлку… и тут кукла открыла глаза. От неожиданности Иван отпрянул назад, чуть не опрокинувшись на пол.

«Ну, его к лешему! Пусть спят, как спят…»

С путающимися мыслями сходил на кухню и там выпил вместо стакана воды сто грамм коньяка. Немного успокоившись и решив, что всё померещилось от нервов, вернулся в кровать, где вскоре заснул крепким сном до утра….

***
Прошло месяца два. Маленький Валерка по-прежнему не расставался со своим Кукилом. Едва прибегал из детского сада, тут же мчался в свой угол с игрушками, где сидел круглощёкий резиновый карапуз. Хватал и тискал его, соскучившись, как по живому существу. Иван с женой уже привыкли к такой странной привязанности и теперь только посмеивались.

В конце мая вся семья собралась в долгожданный отпуск на Чёрное море. Сборы были недолгими и немного нервными. Обычно спокойный и уравновешенный Валерка закатил концерт, когда ему не разрешили взять с собой любимую игрушку. Ведь и без неё вещей набиралось с избытком. Да и зачем на море детская кукла? Лучше круг надувной взять или матрас.
В итоге с большим трудом парня убедили. Но он всё равно весь в слезах прощался со своим Кукилом, как с живым, приговаривая:

— Ничего, я скоро вернусь! Не скучай тут без нас…

Две недели на юге пролетели, как один день.
Когда семья, нагруженная сумками с фруктами, зашла через полукруглую арку во двор родного дома, Валерка радостно закричал, перепугав мирно восседавших на лавочке бабулек:

— Смотрите, Кукил! Кукил!..

Мать с отчимом, ничего не понимая, зашикали на разошедшегося пацана. А Валерка не обращая на них внимания, продолжал весело прыгать, тыча пальцем вверх. Родители наконец подняли головы и удивлённо остановились. Там, в их окне на втором этаже виднелась знакомая маленькая фигурка, прижавшаяся кудрявой головой к стеклу…

Оба взрослых долго потом вспоминали, кто перед поездкой последним выходил из квартиры и не оставил ли на подоконнике случайно забытую игрушку.
Запасные ключи от дома, на всякий случай, оставляли брату Василию, но он ни разу за полмесяца сюда не заглядывал. В общем, странное появление куклы в окне так и осталось загадкой. Но только для взрослых. Валерка же нисколько не сомневался в том, что Кукил сам взобрался на подоконник, где и ждал его возвращения…

Незадолго до начала учебного года Ивана отправили в длительную командировку в одну из союзных республик. Что поделать, работа такая. С собой прихватил всю семью: жену и пасынка Валерку. Чтобы не расставаться так надолго. Те были только рады.
В этот раз Валерке разрешили взять любимого Кукила. Уезжали почти на год, поэтому целый контейнер под вещи заказывали, где нашлось местечко для резиновой игрушки.

На новом месте жить пришлось практически в военно-полевых условиях. Специфика Ивановой профессии. Ни водопровода, ни канализации. Ладно, электричество хоть есть.
Понемногу, конечно, привыкли. Но всё равно было нелегко. А когда, спустя несколько месяцев, к зиме, подули ветры, Валерка сильно простудился. Ещё вечером прибежал с прогулки разгорячённый и весёлый, а уже ночью лежал без сознания и температурой в 41 градус. Как назло, началась сильнейшая буря. Ни уехать, ни вызвать помощь. Ближайший медпункт километрах в двадцати. Собрали по соседним домам все лекарства, которые отыскались. Но мальчишке легче не становилось. Он метался на кровати, бредил, вскрикивая и задыхаясь.
Родители в бессилии кусали локти, но помочь сыну ничем не могли. Только меняли холодные компрессы на его пылающем лбу.
В один из редких моментов просветления Валерка пришёл в себя, прошептав: «А где Кукил?»

Еле сдерживая слёзы, мать сунула ему подмышку резиновую игрушку, словно спасительную соломинку. Может быть, хоть это как-то облегчит страдания сыночка?
Мальчишка судорожно прижал карапуза к груди и снова впал в забытье. Странное дело, но спустя некоторое время он задышал ровнее, перестав метаться. Ближе к утру и температура стала немного спадать, а сам Валерка, кажется, уснул. Измученные бессонной ночью родители тоже задремали у кровати больного ребёнка…

Утром, проснувшись, мальчишка уже не бредил. Сам смог выпить кружку горячего куриного бульона. И тут же уснул снова, крепко прижимая к груди обеими руками своего любимого Кукила.

Спустя сутки Валерка уже вставал с кровати и даже пытался играть. Температура нормализовалась, хрипы в легких становились всё тише.
А через неделю от болезни и вовсе не осталось следа.

Родители не верили своему счастью. Ведь в первую ночь Валеркиной болезни, в отчаянии, они уже думали о самом плохом. Теперь же, когда недуг миновал, оба не скрывали своей радости.

Но Валерка вдруг почему-то помрачнел. Недоумевая, мать спросила:

— Сынок, что с тобой? Почему грустный такой? Ведь радоваться надо – такую болезнь победил!

Мальчишка в ответ молча протянул своего резинового любимчика. С первого взгляда стало понятно, что с куклой произошла катастрофическая метаморфоза. Прежде розовый упругий карапуз превратился в сморщенного старичка. Мягкая резина почернела и местами растрескалась. Кудряшки на головке вываливались клочьями. До того круглые щёчки с ямочками ввалились, а пухлые ручки и ножки стали тонкими и висели безвольно, словно из них выпустили воздух. Одни глаза с длинными ресницами ещё поблескивали. Но и они постепенно темнели…

Чуть не плача, Валерка спросил:

— Мама, что случилось с Кукилом? Он умирает?

— Не знаю, сына… Наверное, он уже старенький стал. Всё ломается от времени. Не грусти, это же просто кукла…

Иван, увидев жуткие перемены, произошедшие с игрушкой, тоже был поражён. Разумного объяснения он не находил. Одушевлять же резиновую игрушку, как его престарелая покойница-мама, не позволяло высшее техническое образование. Но всё же многое, происходившее всё это время на его глазах со странным Кукилом, заставляло думать чёрте что.

Видя, как переживает из-за любимой игрушки безутешный Валерка, Иван решился и подробно поведал мальчишке всю историю резиновой куклы. И про своего сына Валерика, которого тот никогда не видел, рассказал тоже. Маленький пацан был поражён. После рассказа отчима он надолго о чём-то задумался, а потом произнёс совершенно по-взрослому:

— Дядя Ваня, когда вернёмся домой, давай похороним Кукила рядом с могилкой Валерика…

Так, кстати, они и сделали. Положили почерневшую игрушку в посылочную коробку, а по возвращении в Новосибирск отнесли на кладбище, где и захоронили. Как раз между холмиками Валерика и его бабушки…

Не знаю, насколько история, рассказанная дедом-попутчиком, правдива. Я постарался изложить точно так, как запомнил, ничего не приукрашивая и не делая никаких выводов. Даже некоторые моменты намеренно упустил, чтобы не казалось слишком фантастично.
Добавлю лишь, что на момент рассказа этой истории Василием Фёдоровичем, его брат Иван с женой и Валерка были живы, здоровы и счастливы. Кстати, сам Валерка тогда уже год или два, как стал дедом…

27.08.2019

В.В. Пукин просит вас оценить историю:

12345
Загрузка...

... и поделиться, если история понравилась:

Комментарии